Боевые действия с участием морской пехоты: Афганистан, Чечня

ЧЕРНОМОРСКАЯ МОРСКАЯ ПЕХОТА В ЧЕЧНЕ. Часть 2-я

27.01.2020 Трижды во время боев на непризнанной войне в Чеченской республике на командира тактической группы Черноморского флота подполковника Вадима Клименко направлялось представление на высокое звание Героя России. «Черные береты» под его командой накрывали склады «духов» с оружием. В одном из таких схронов дожидались своего часа танк и самоходная артиллерийская установка. «Полосатые дьяволы» от разведки участвовали в захвате лагеря для подготовки боевиков самого Хаттаба. Десятки раз черноморцы принимали смертельный бой с опытным и великолепно обученным неприятелем. Тысячи километров исхожено да изъезжено по склизким от солдатской крови горным тропам и дорогам ТОЙ необъявленной, но уже почти десятилетней войне.

В награде ли дело? Ведь ты остался в живых и даже не был ранен. Там, на перевалах горной республики, он обрел проверенную перед лицом смерти дружбу. Героем России стал друг и боевой брат майор Владимир Карпушенко – за них за всех, и живых и мертвых.

Для подполковника Вадима Клименко как разведчика мгновением высшего счастья были скупые слова признания после боя спецназовской элиты из «Вымпела» – и среди «обычных» войск есть равные нам профи. Такие как ты, Вадим и твои разведчики.

Подлинное величие русского солдата, как ни изощрялись бы во все времена геббелевско-удуговская пропаганда, в его человеческом сердце. Пронзительный случай навек врежется в память Вадима о той войне. В морозный январь 2000-го, уже ближе к вечеру, разведгруппа возвращалась из поиска. Холод, усталость, казались невыносимыми. Хотелось одного – спать и перехватить чего-нибудь из давно забытого горячего питания.

На перевале разведчики увидели заглохший трактор, в прицепе которого сидели чеченцы – женщины, старики, дети. Вскоре выяснилось: беженцы возвращаются домой из Ингушетии. Особист, он был с черноморцами на выходе, предложил Клименко – давай поможем, развезем по домам. Куда их возьмем, внутри боевой машины полно своих. А посадить на «броню», так детей можно поморозить. И поместится человек десять-двенадцать. Решили не гадать, а спросить самих чеченцев. Старец с длинной и белой, как лунь бородой ответил согласием, ведь чем ждать неизвестно откуда помощи, лучше отправиться с русскими солдатами. Пока хлопотливые мамаши перебирались со своими сорванцами на бронемашину, Вадим подошел к одной старухе, помог забросить куль с вещами наверх БТРа. Вдруг, он услышал, как маленький пацаненок лет четырех буквально заходится в истерическом плаче.

Командир решил успокоить плачущего мальчика, «применив» универсальное для всех времен и народов средство – шоколад. Тот буквально оттолкнул протянутую руку с плиткой неслыханного для простых чеченских детей лакомства. Старец вежливо и спокойно сказал Вадиму – не удивляйся, русский. Осенью, во время бомбежки ваши штурмовики так напугали ребенка, что он испытывает животный страх перед российскими военными.

Комок горечи и сочувствия к маленькому, но уже пережившему столько человечку подкатился к горлу Вадима. Старейшина заметил его состояние, сказал – у тебя, командир, дома, наверное, такой же растет.

Разведчики в тот вечер, изнемогая от усталости, сделали пятнадцати километровый крюк, пока развезли всех по домам. Последней добиралась в свое жилище, будто приклеенное к высокой скале, мамочка лет семнадцати, но с уже тремя детьми. Морпехи попытались, было ей помочь донести вещи и «наследников» до порога. Но та наотрез отказалась. Не «поймет» родня, если узнает о том, что ей помогли русские.

-На войне первым делом ты сталкиваешься с чувством страха за жизнь – свою и товарищей. Не боятся лишь только умалишенные. Потом, вдруг ты осознаешь, как «достала» тебя эта самая боязнь, как она мешает жить. Исподволь, день за днем силой воли ты убеждаешь себя – хватит испытывать страх, пора уже привыкнуть к опасности, относится к ней хладнокровней. Потом, после первых потерь появляется озлобление, желание отмстить за смерть друзей и товарищей. И здесь стараешься не давать воли чувствам. В бою ведь они самый худший советчик. Но твой разум внимательно оценивает все происходящее вокруг. Когда схлынет волна эмоций, ты начинаешь задаваться вопросом о смысле войны…. И понимаешь, что, вряд ли возможен какой либо иной путь, чем нынешний: уничтожить банды и построить, как бы казалось невозможным мирную жизнь.

Насчет противника…. Там, в Сержень-Юрте, в лагерях Хаттаба, им в руки попались учебные пособия арабских инструкторов. Простота, доходчивость инструкций и всевозможных памяток позволяла в течение короткого срока даже из малолетнего ребенка подготовить подрывника, стрелка, гранатометчика. Вся система тренировок строилась на одном – преодолеть, ни смотря, ни на какой риск свой страх, свою боль, свою слабость. О таком хорошо известном всем российским командирам понятии как безопасность воинской службы «духи» даже не ведают. Главное для них было и остается подготовить любой ценой настоящего воина. А травмы и увечья на занятиях воспринимаются ими не более как непременный атрибут ученья, где не может быть и намека на толику условности. Но не в лаконичной мудрости наших уставов и наставлений заключен боевой опыт миллионов солдат и офицеров Великой Отечественной, Афганистана, бесчисленных локальных конфликтов?

«Чехи», особенно арабские наемники, с мужеством, достойным уважения, вытаскивали из-под самого шквального огня своих убитых и раненых. Однажды, в тумане, разведгруппа вышла на ничего не подозревающих «духов». Снайпер двумя выстрелами «снял» двоих – первого наповал, второго ранил в шею. Потом, отчаянно, перед десятикратно превосходящим противником отбивали своего убитого и раненого. Мужество наемников имеет объяснение. Если павший в бою мусульманин не будет в тот же день похоронен, то его товарищам придется отвечать перед его тейпом, кланом, семьей. А вот от их мести, в отличие от федералов, уйти не удастся.

«Черные береты» не бросали своих, ни при каких обстоятельствах. Только шли в огонь движимые не страхом кровной мести, а великим чувством русского воинского братства.

Из воспоминаний офицера Павла Клименко

«Нарезанный» в штабах срок в три месяца для черноморских морпехов второй «чеченской» волны завершился в июне 2000 года. «Северный» батальон с приданными черноморцами-разведчиками уходил с политых собственной и вражеской кровью перевалов и горных лесов все еще тлеющей огнем боев республики. Впереди, на бронетранспортере под ставшим счастливым для него номером 013, колонны «черных беретов» вел командир разведывательного взвода старший лейтенант Павел Клименко. Там, высоко в горах еще лежал снег. А на равнине уже начиналась летняя жара.

За год до этого, если бы кто-нибудь предрек взводному – мол, узнаешь не понаслышке боль потерь своих людей, протопаешь до изнеможения сотни и сотни километров на разведвыходах, каждый их которых может быть для тебя последним, то Павел просто не поверил. Хотя, в родном Санкт-Петербургском высшем военном общевойсковом командном училище командир взвода старший лейтенант Рогоженков едва ли не каждый день курсантам повторял как молитву, готовьтесь воевать на Кавказе. Он знал, не надо быть провидцем, чтобы видеть, куда идет независимая от российских законов Ичкерия. За первую чеченскую кампанию комвзвода был награжден двумя орденами Мужества. В составе сводного полка «белых медведей» лейтенант брал нашпигованные под завязку огневыми точками здание Совмина и дворец Дудаева. Интересно, что бы сказал взводный командир, узнай сейчас, что именно он, Павел Клименко, в авангарде «чеченского» батальона его родной 61 Керкенесской, стократно прославленной, бригады?

Впрочем, братство морского десанта не распределяется по флотам. Надо же произойти такому совпадению, но в Чечне среди «белых медведей» встретил своего знакомца по стажировке на выпускном училищном курсе. Старшина роты старший прапорщик Багрянцев встретил его как родного, обрадовались оба. Но старый служака не преминул напомнить, как немало намучился с Павлом. Тот был курсантом, несомненно, хорошим, но, как говорят, с характером, со своим «особым» мнением по любому жизненному и служебному вопросу. А старшина, со своим опытом, по мнению без пяти минут доблестного офицера морской пехоты, придавал «слишком» много значения «мелочам» в ущерб настоящей боевой подготовке.

Время позже расставит по местам все акценты. Старший прапорщик с его педантизмом и придирчивостью окажется прав. В бою проявит себя отнюдь не трусом, позже будет заслуженно награжден. А уж заботами о быте подчиненных старшина занимался все 24 часа в сутках, вне сносок на полевые условия. Павел до сих пор во многом благодарен ему за преподанную науку, не прописанную ни в одном учебнике, название которой – опыт.

Судьба отчего-то испытывает молодого офицера своими неисповедимыми «тестами». Ведь сейчас он совсем близко от родных мест, до села Озек-Суат, где живут отец и мать, по местным меркам – рукой подать. В том же Грозном до войны учились и жили многие знакомые, родственники. Жаль, не удалось побывать в знакомом с детства городе. Хотя, что сейчас там возможно узнать после нескольких лет войны. Павел считает, ему повезло. На войне не был ранен, даже не получил царапины. Довольно легко, без кошмарных снов, нервных срывов постбоевых синдромов вернулся к мирной жизни. Когда тебе 22 года опасность ощущается не так остро, как в старшем возрасте. Во многом «помогла» жена, родив сына Никитку почти сразу по возвращению его в Севастополь. Когда дома маленький ребенок, желанный сын, то все иные переживания всегда уходят куда-то в сторону. По службе старший лейтенант Клименко получил повышение, принял командование ротой. Так, что попросту не было времени на «перестройку» с военного на мирный лад.

Вскоре после завершения боевых действий отважные «черные береты» испытали неведомое ранее чувство страха. Эшелон с техникой и личным составом по дороге в Новороссийск должен был восемь часов проехать по территории Чечни. К тому времени морпехи, за исключением восьми человек выездного караула, сдали оружие. Впервые на враждебной территории они оказались без «калашниковых», пулеметов, снайперских винтовок. Автомат несколько месяцев был неотъемлемой частью морпеховского обмундирования. С ним не расставались ни на секунду. И, ложась спать, клали АК так, чтобы мгновенно, лишь сняв с предохранителя, можно было открыть огонь.

Цена солдатской жизни на войне составляется в особой, малопонятной в мирной жизни «валюте». Патроны в критический момент боя для тебя значат дороже всего золота мира. А исправный пулемет, бьющий без промаха, ценнее супернавороченной аудио-видеоаппаратуры. Впрочем, даже видавший виды «бэтээр» там, в горах, никто из «полосатых дьяволов» не променял бы на самый новенький и обвораживающий знатоков формой линий «Мерседес».

Восемь часов десантники в эшелоне тягостно молчали. Здесь, на воюющей много лет земле, человек не мог быть одновременно безоружным и спокойным за свою жизнь, лишь автомат давал право встретить утро наступающего дня. Граница Чечни составом черноберетной пехоты была пересечена вовремя. Из враждебных степей не раздалось ни одного выстрела. Хотя полевые командиры с их отменно отлаженной разведкой, наверняка знали, какой, эшелон с кем и куда следует. Грозная слава отменных воинов сыграла роль психологического «бронежилета». И связываться даже напоследок с «белыми медведями» вкупе с «черноморскими дьяволами» не рискнули даже самые отчаянные боевики. Себе ведь дороже.

Опыт боевых действий окажется для Клименко мерилом многих ценностей в службе. Впрочем, как и ко всему, он отнесется ко многим вещам критически. Ведь не дело морского десанта «седлать» вершины, морские солдаты предназначены для иных целей. Но, главное, стало ясно – в наше время высоких технологий, роль пехоты лишь возрастает. Как в том фильме – «А на рейхстаге первым распишется рядовой пехотный Ваня». Когда террористическая угроза буквально растекается подобно ядовитому газу по всевозможным «щелям» и «схронам», когда враг не обозначен четкой линией фронта, именно солдат – назови его спезназовцем, разведчиком, бойцом антитеррористического подразделения, оказывается на острие удара. И от его личной подготовки, оснащенности современным оружием, зависит успех в идущей уже долгие годы тайной войне.

А то, что морпехам сегодня приходилось решать во многом непривычные задачи – на то и профессионалы, чтобы выполнять приказ. Солдат, если он настоящий, не обсуждает приказ, а думает, как его лучше выполнить.

Из воспоминаний подполковника запаса Вячеслава Кривого.

За четыре «чеченских» месяца Вячеслав побывал и в «ипостаси» начальника разведки группировки, и возглавлял ее штаб, подчиняясь непосредственно генерал-майору Александру Ивановичу Отраковскому. Статус и должность подполковника вполне позволял «отсиживаться» где-нибудь в штабной палатке. Но не тот его характер! Во всех основных и наиболее опасных разведвыходах шел «Палыч». Он был в тех поисках, когда обнаруживали склады «чехов», мужеством и высочайшим командирским умением воевать заслужил уважение своих подчиненных. Орден «За мужество» красноречивей всех слов. О тех боях он не любит вспоминать. Боль за восьмерых погибших черноморцах не уходит из сердца. И где-то, подспудно, в душе, звучат нотки траурного марша – не уберег…. На войну он попал ведь уже зрелым мужчиной, отцом двоих почти взрослых детей, познав великую радость воспитывать и сына и дочку. Но все легшие на горных перевалах его солдаты остались навечно молодыми. И не успели в жизни столь многое, сто и не расскажешь. Оттого и ненавидит Вячеслав все разговоры о войне. Слишком много ее, проклятой, было в его жизни, слишком многое довелось испытать, пережить отнюдь не как сторонний наблюдатель, увидеть своим зрелым взглядом.

Жизнь продолжалась и под выстрелами. «Маэстро» так на сленге морпехов называли начальника артиллерии подполковника Сергея Стребкова, на день Черноморского флота, 13 мая, устроил салют, перепугав не на шутку кого-то из штабных.

Как-то, в одном селении, они разговорились с местными женщинами. Понятное дело, одессит в душе, Вячеслав не упустил возможность и здесь побалагурить. Дамы «свободной Ичкерии» от возможности посмеяться также не отказались. Веселье прекратилось в секунду, когда кто-то из морпехов совершенно случайно обронил – мол, с нами, доктор, подполковник медицинской службы Шевчук. Кстати, недавно он защитил докторскую диссертацию. Одна чеченка произнесла – да лет сто уже у нас не было врача. Вот, когда-то, выписали рецепт на латыни. Прочитать ничего нельзя. Не помогли бы, военные?

Читайте также:  Как и чем чистят бляху солдатского ремня, старые и новые способы

Весть о том, что приехал врач, молниеносно распространилась по селу. Через пять минут в очереди выстроились многие десятки людей. Пришлось организовать прием и ждать, пока все нуждающиеся не получат столь редкую в этих краях медицинскую помощь.

Из воспоминаний старшего прапорщика Бакита Аймухамбетова.

Осенью 2000 года тогда еще сержант – контрактник морской пехоты Аймухамбетов приедет в свой первый отпуск. В доме соберется родня. Мать начнет корить – мол, сынок, отчего не писал три месяца. Тот начет оправдываться, дескать, был на учениях, на полигоне почта работает из рук вон плохо. Двоюродный брат Азат его мягко оборвал:

– Не обманывай маму, теперь это уже не имеет смысла. Ты, Бакит, был Там, за Тереком, в Чечне. Я, знаю, не бывает учений на три месяца. А сам точно также не сообщал близким, когда воевал в первую чеченскую войну в разведке бригады внутренних войск.

Мама, понятное, дело, в слёзы. В них – запоздалые переживание, радость, сын жив.

Как Специальный полк морской пехоты ВМС СССР воевал в Афганистане.

Один из самых распространенных мифов Афганской войны (1979-1989 гг.) – участие частей и подразделений морской пехоты ВМФ СССР в боях на территории Афганистана. Причиной мифа послужили фото и подписи под ними из книги американского историка Стивена Залоги (Steven J. Zaloga) об нашей армии в Афганской войне. Ну а потом попали в Интернет. Многие пользователи использовали их как доказательство присутствия советских морпехов в Афгане. Пока, наконец, один из ветеранов Афгана – А. А. Магерамов подробно не разобрал этот миф.

СПРАВКА: Магерамов Александр Арнольдович Родился 1 октября 1965 года в г. Твери в семье военнослужащего. Отец – Арнольд Юсуфович , выпускник Муромского военного училища связи, проходил военную службу в 1958-1972 в Грузии, в 1972-1977 в г. Воронеже, в 1977- 1983 в Германии. Мать- Станислава Петровна, учительница немецкого языка. В 1972 г. поступил в Среднюю школу ?74 г. Воронежа, а в 1977 году в Среднюю школу ?1 Группы советских войск в Германии, которую закончил в 1982 году и в этом же году поступил в Омское высшее общевойсковое училище имени Фрунзе, которое закончил в 1986 году. По распределению попал служить в Германию, в 239-й мотострелковый полк командиром взвода, город Перлеберг. В 1988 году был направлен для прохождения службы в 40-ю армию в Республику Афганистан, где был назначен командиром взвода 371 мотострелкового полка, служил в разведывательной роте в н.п. Карвангах, и мотострелковом батальоне в г. Шинданте.

Принимал участие в боевых действиях в провинциях Герат, Фарах, Гильменд, Нимруз, Кандагар. После вывода советских войск в апреле 1989 года был направлен для прохождения дальнейшей службы в 56-ю десантно- штурмовую бригаду. Бригада дислоцировалась в г. Иолотань, Туркменской ССР. В 1990 году принимал участие в эвакуации армянского населения из г. Баку, охране государственной границе СССР на участке – г. Ордабад – г. Мегри и защите населения от экстремистов в районе г.Мегри (азербайджанское село Нювади). В декабре 1991 года был переведен в Ракетные войска стратегического назначения и в марте 1992 года назначен командиром отдельной роты противодиверсионной борьбы. Инструктор парашютно-десантной подготовки с 1993 года. В 1994 году переведен на службу в Департамент налоговой полиции офицером подразделения СН. В 1996 году был переведен в ОС Федеральной службы налоговой полиции. В 1998 году вышел на пенсию и с тех пор занимается изучением истории, геральдики, генеалогии. Женат.

“. Уже во многих источниках – журналах, книгах, интернет сайтах попадается информация, что в составе советских войск в Афганистане воевала целая бригада (в некоторых источниках ее называют полком – примечание автора) морской пехоты, даже в солидном издании для моделистов привели изображение БМП-2Д с псевдоисторическим повествованием: “Как видно на снимках, есть доказательство, что в составе 40-й армии воевала секретная бригада морской пехоты СФ. “

Видимо, в результате подобных “исторических изысканий” с “неопровержимыми фотодоказательствами” и появилась выпущенная предприятием “Звезда” сборная модель БМП-2Д с не менее “крутыми” пассажами. В частности, в ‘инструкции по нанесению картинок’ под рисунком БМП с якорем, обвитым цепью можно увидеть надпись: “Специальный полк морской пехоты, провинция Пактия, Афганистан, 1985 г.” В других источниках приводятся фотографии БМП с якорями и аналогичными надписями, хотя их первоисточник, как видно – един.

Поэтому хочется сразу развеять подобные утверждения по отношению к приведенным изображениям и засвидетельствовать, что представленные фото принадлежат 650-му “Пражскому” гвардейскому отдельному ордена Александра Невского разведывательному батальону (ОРБ).

Одна из самых первых фотографий рр с якорем – слева на броне крв-1 Кожемякин Виктор, по центру крр-1 Наземнов Анатолий, справа крв-2 Письмеров Александр, возле машины техник роты Лютиков Владимир:

В качестве доказательства своих слов сообщаю, что в орб нашей дивизии было три разведывательные роты. В отличие от рейдовых мотострелковых батальонов дивизии, в которых опознавательные знаки были едиными для всех машин батальона (во 2-м мсб 371 мсп это были две горы с дорогой, в разрыве которой стояла цифра “2” – примечание автора), в разведбате они были разные во всех трех разведывательных ротах. Хотя в нем была еще 4-я рота – радиотехнической разведки (ртр), в которой БМП и БТР не было совсем.

В первой роте на БМП, БРМ и танках наносилось по трафарету изображение якоря, обвитого цепью, об истории его появления ребята из орб рассказывали, что командир первой роты когда-то служил в морской пехоте. Возможно, что это была ротная легенда, хотя факты такой службы не были редкостью для выпускников общевойсковых училищ, которыми комплектовались мотострелковые части и подразделения морской пехоты.

Во второй роте разведывательного батальона это было изображение кленового листа, а в третьей, самой многочисленной, разведывательно – десантной роте (рдр) опознавательным знаком на имеющихся в ней БМП, БРМ и БТР была десантная ‘курица’. Под вывод появился еще один знак – у батальонного взвода наблюдения и разведки – летучая мышь. Она самая – “курица”:

Увидев в первый раз якорь с цепью на броне еще в Афганистане, еще подумалось, что когда-нибудь фото машины с якорем попадет в печать, и тогда кто-то будет доказывать, что в Афгане воевал советский Военно-морской флот.

Смешно, но именно это и произошло в конечном итоге, и на всех приводимых горе – историками фотографиях и рисунках видны изображения первой роты шиндандского разведбата, о чем читатель может судить по характерной цепи, обвивающей якорь, а также другим признакам, присущим для техники и личного состава нашей дивизии.

А энтузиастам, доказывающим противоположную точку зрения, могу сообщить, что символом Военно-морского флота СССР и, соответственно, морской пехоты, всегда был якорь, обвитый канатом. К этому можно добавить еще, что якорь без каната – эмблема на пуговицах советского ВМФ, был до революции 1917 года символом российского торгового флота, так что его появление впоследствии на деталях обмундирования военных моряков можно считать исторической ошибкой.

Якорь же, обвитый цепью в принципе не мог появиться на бронетанковой технике морской пехоты, так как у нее был свой символ, которым моряки весьма гордились. Да и изготовить трафарет с цепью все же немного сложней, чем с канатом. Ну, в крайнем случае, чтобы поменьше рисовать, могли изобразить простой якорь, как на своих собственных пуговицах.

А наличие цепи говорит о том, что человек, изготавливавший трафарет со знаком, не был близко знаком с символикой ВМФ СССР. Либо должностное лицо, утверждавшее ротный знак, намеренно применило изображение, отличное от военно-морского и торгового морского символов.

Кроме того, сведения о принадлежности приводимых в печатных изданиях и в сайтах фото именно к 650-му ОРБ подтвердил из Минска бывший командир взвода наблюдения 1-й роты этого батальона Руслан Присяженко. Он служил в этом подразделении в 1987 – 1988 годах и утверждает, что на фото приведено изображение его БМП №705 с ‘. якорем, обвитым цепью, так как первый командир разведроты любил море. ‘

Аналогичные сведения дает в своем письме к автору от 15.02.2007 года бывший рядовой 650-го ОРБ Шухрат Мусаев из Ташкента, который пишет: “. посмотрел фото . – однозначно наши машины. В нашей роте [номера машин] были от 701 до 719. Это БМП-1 и ‘двойки’, плюс 3 танка. “.

Еще одно фото, которое (надеюсь) рассеет все домыслы, тем более, что явно видно, что остальные фото “из провинции Пактия” сделаны теми же операторами, что и остальные фото.

Операторы, по свидетельству старшины 2рр 650-го ОРБ в 1987-1989 Кутепова Евгения были с итальянского телевидения:

Хотя разведывательные подразделения часто на технике номеров вообще не имели, например разведрота 371-го полка, а на приводимом фото в книге “Афганская война. Как это было” (См. фото 4) на стр.162-163 они сокращенные – вместо №705 значится “05”, а вместо ?715 – просто “15”.

Думаю, изложенные здесь аргументы в поддержку защищаемой мною версии достаточно убедительны, но я с удовольствием рассмотрю другие веские доказательства пребывания подразделений и частей морской пехоты в Афганистане, особенно, если они будут касаться не отдельных военнослужащих.”

«Бездарная, продажная война»: рассказ брянского морского пехотинца о Первой Чеченской

Мы продолжаем серию материалов, посвященных 25-летию с начала Первой Чеченской войны. В декабре 1994 года на Северный Кавказ для поддержания конституционного порядка отправились десятки тысяч молодых людей со всей России. Редакция сайта телеканала «Городской» решила рассказать, чем живут сегодня наши земляки, принимавшие участие в боевых действиях тех лет.

Основную силу российских миротворцев в начале Первой чеченской войны составляли сводные сухопутные войска. Однако участие в боевых действиях принимали и «элитные» части – ВДВ, спецназ и морская пехота.

Причины участия в военных действиях в Чечне войск Военно-морского флота остаются загадкой. Военнослужащие этого подразделения проходили подготовку по захвату прибрежных территорий, тогда как республика таковым не являлась. Во время отправки подразделений командующие неоднократно опровергали присутствие десантно-штурмовых войск на Северном Кавказе.

Однако сегодня факт участия ВМФ в боевых действиях неоспорим. Нам удалось пообщаться с одним из бывших военнослужащих, отправившихся на территорию Чечни в составе морской пехоты – Василием Шаматриным.

Герой нашего очередного материала родился в поселке Белые Берега Фокинского района Брянска. До войны он закончил техникум по специализации ветврач. После этого его призвали в ряды морской пехоты Северно-морского флота. Весной 1995 года он в составе второго батальона отправился в зону боевых действий на Северном Кавказе.

— Первое, что меня поразило, это запах. У войны есть свой запах. Он специфичный, он неуловимый. Запах, передающий тревогу, волнение и запоминающийся на всю жизнь, – начинает свой рассказ Василий.

Вы понимали, зачем вас перебрасывают в Чечню? Как обстояли дела с обеспечением?

— Мы представляли, куда и зачем идем. Наше положение существенно отличалось от пехотинцев, первыми попавших в Чечню. Нас хорошо кормили, одевали и готовили к боевым действиям. Нам смогли максимально предоставить информацию, озвучить цели. В 1994 году их не понимали ни солдаты, ни руководство. От этого и было столько потерь.

Поделитесь самым ярким воспоминанием военного времени?

В Ханкале, где мы дислоцировались в самом начале, поразил православный священник. Он ходил среди солдат и узнавал, все ли крещены. Желающих крестил прям там. Благословлял на ратный труд. Я считаю, что именно благодаря этому наша рота понесла меньше всего потерь.

Как оцениваете Первую чеченскую войну? Действия военного руководства?

— Бездарная, продажная война. Постоянно сдавались противнику предстоящие операции. Командиры продавали все, включая солдат. Оснащение армии находилось на очень низком уровне. Мы пользовались средствами связи 60 годов, тогда как у чеченцев все было ультрасовременное. Они постоянно перехватывали наши передачи. Очень много бездарных операций, цена которых – человеческие жизни.

Все проблемы шли от верхушки – президента того времени, высшего военного командования. Спасала только сплоченность и самоотверженность простых солдат.

Это, наверное, в нашей крови. Все понимали, где они находятся, и менялись на глазах. Война раскрывала людей с самой неожиданной стороны.

Какие задачи стояли перед вами?

— Мы шли в направлении Дагестана, зачищая территории, которые находились под Хатабом. Война шла не против народа, мы погибали не от рук жителей Чечни. Эти люди были врагами, они убивали всех без разбора. Мы выполняли операцию по наведению конституционного порядка.

Сегодня у меня много знакомых чеченцев, мусульман. Спокойно дружим, общаемся. Этот период стране нужно было пройти. И мы его прошли.

Кто виноват в Первой чеченской войне?

— Правительство, руководство нашей страны. Именно оно довело до такого исхода. Во время Второй чеченской войны, все изменилось кардинально. Стали убирать командование, которое извлекало прибыль, к власти в военном секторе пришли профессионалы. Поэтому все быстро закончилось.

Как думаете, сегодня такая ситуация может повториться?

— Уже нет. Почему? Потому, что есть люди, которые с честью и достоинством относятся к своим обязанностям. Какие-то очаги возникают, но власти быстро наводят порядок. Сегодня Чечня совсем другая страна. Республику заново отстроили, люди живут, люди счастливы.

Во время наступления у реки Аргун Василий получил контузию и несколько ранений. Их отряд обстреляли во время форсирования водоема. Выстрел гранатомета попал в нескольких метрах от ветерана.

— Проблемой были даже не ранения, а антисанитария и невозможность получить скорую медпомощь. Уже вечером все участки, куда попали осколки, загноились.

На второй день началось воспаление. Дала о себе знать контузия – приступы тошноты, головокружения. С каждым днем оставалось все меньше человек в подразделении. После осмотра врача для моя служба закончилась– меня отправили в госпиталь.

У войны есть лицо

— Когда мы с другими ранеными ждали отправления на аэродроме, в нескольких метрах от нас грузили ящики. Только позже мы поняли, что в них находились тела погибших солдат. Еще там стояла молодая чеченка с ребенком. У малыша было перевязана голова и глаз – также, как и у большинства из нас. Это, наверное, и есть лицо войны – когда страдают все, без разбору.

После ранения Василий месяц находился в госпитале. Затем его демобилизовали – из армии он вернулся на три месяца раньше положенного срока.

Читайте также:  Структура вооруженных сил РФ, какие виды и рода войск существуют

— Нелегко было адаптироваться к мирной жизни. Я впечатлительный человек и военные действия оставили внутри глубокий след. Даже сейчас иногда я просыпаюсь в холодном поту – снятся события тех времен.

После войны Василий Шаматрин пытался заняться бизнесом, но серьезного успеха в этом достичь не смог. Сегодня основные занятия ветерана – воспитание сына и волонтерство. Василий является сопредседателем общественной организации «Казатель» и председателем организации «Белые Берега».

— Пытаемся что-то менять в этой жизни. Отношение нашего общества к некоторым вещам. Помочь тем, кому нужна помощь.

Встречаетесь с ветеранами?

— Да, стараюсь. Мы с Юрием Гапеенко стояли у истоков создания регионального отделения объединения «Боевое братство». Большую роль в жизни ветеранов войны сыграл Комитет солдатских матерей. Они с 1995 года вытаскивали бойцов из плена, отправлялись на переговоры, искали своих детей, не боясь всех ужасов войны.

После окончания войны Алла Васильевна (председатель комитета – прим.ред.) очень сильно помогала нам. Она находила путевки, собирала средства на коляски, средства реабилитации. Мы не знали куда себя деть, а она вытаскивала нас из своих углов и вдохновляла жить дальше.

Чем занимаются бывшие сослуживцы?

— Многие не смогли найти свое место в жизни. Кто-то умер от наркотиков, алкоголя, другие от криминальных моментов. Мы общаемся с благотворительными фондами. пытаемся помочь тем, кому это нужно.

Государство как-то принимает участие в жизни ветеранов чеченской войны?

— Я получают пособие в 2800 рублей, также и большинство. У получивших инвалидность сумма больше. Есть проблемы с обеспечением средствами реабилитации, специальными кроватями. Но, я верю, что ситуация улучшается. Наша страна только отстраивается, прошло не так много лет. Все впереди.

Что можете посоветовать тем, кто отправляется в зону боевых действий?

— Ценить жизнь. Помнить, что тебя ждут дома. Не трусить, но попытаться выжить. Страх — это нормально, но выполнить свой долг – самое важное.

Боевые действия с участием морской пехоты: Афганистан, Чечня

Доплата за классное руководство: как оценить 24 часа “боевой готовности”?

Средняя зарплата учителя в России. Часть 2: «Где живут самые бедные педагоги?»

Средняя зарплата учителя в России. Часть 1: «Где живут самые богатые педагоги?»

Опрос

Помогает ли школьный психолог в вашей школе разрешать конфликты?

Да, и отлично справляется со своими обязанностями

Очень редко что-то получается

В основном он/а занимается профориентацией

У нас нет школьного психолога

Всего проголосовало: 93

Текущий номер

Великое счастье – получать удовольствие от своей работы

номер 06, от 11 февраля 2020

Читайте в следующем номере «Учительской газеты»

Как помочь школьникам с выбором профессии? Этот вопрос дал название IV Международной конференции по управлению качеством образования. Ее участники поделились своим опытом решения проблемы и взглядами на нее в контексте общемировых задач. Самое интересное с полей конференции – в материале Вадима Мелешко.

В России интернет используют 80% детей и подростков. Больше половины читают или смотрят контент, который специалисты называют нежелательным. При этом возраст “самостоятельной жизни” ребенка в интернете снизился с 7 до 5 лет. Какую угрозу видят в этом специалисты и как обезопасить ребенка? Разбиралась Наталья Алексютина.

Сегодня в преподавании литературы в школе преобладает воспроизводящая проверка знаний, констатирует заслуженный учитель РФ Лев Айзерман. Ученик чаще всего отвечает у доски и пишет сочинения о том, что уже изучено в классе. По мнению же эксперта, задача педагога заключается не в том, чтобы заставить школьника “знать” книги, но через них научить понимать и чувствовать то, что он однажды в жизни прочтет без учителя.

Одна из самых известных российских писательниц Дина Рубина выросла в семье художника и учительницы истории. В ее первом, опубликованном в журнале “Юность”, рассказе “Беспокойная натура” действие происходит как раз на уроке истории. После 50 лет успешной писательской карьеры Дина Рубина по-прежнему завоевывает сердца аудитории. В эксклюзивном интервью автор рассказала о маминых уроках, отношении к жизни и новом романе.

Наши приложения

«Учительская газета», №51 от 20 декабря 2005 года

Афганская тайна флотской шинели

В начале 1980-х гг. афганским моджахедам, иначе называемым тогда мятежниками, душманами или басмачами, попала в руки советская шинель. Обычная «волосатая» солдатская шинель. Ее, почти сгоревшую, «духи» отправили в Пакистан как необычный трофей, требующий специального исследования. Необычными были погоны – черные с желтой резиновой литерой «Ф» внизу. Никакого официального международного шума по этому поводу не было. Лишь в наших разведсводках отмечалось, так скажем, недоумение противника относительно странных погон. Вообще-то подобные шинели в Советском Союзе носили флотские военные строители. Но в составе Ограниченного контингента советских войск в Афганистане таковых, вроде бы, не было. Юрий Сотников

Официально считается, что личный состав Военно-Морского Флота СССР вообще не принимал участия в боевых действиях на территории Афганистана. А между тем, вооруженные представители ВМФ там бывали. Правда, перед командировками их переодевали в сухопутное обмундирование с флотскими погонами. И у каждого отбирали подписку о многолетнем неразглашении военной тайны.

В то время участие военных моряков в афганской войне действительно было секретом, не подлежащим огласке. Те, кто обещал хранить тайну, сдержали свое слово. Только теперь, спустя более двух десятилетий, некоторые участники флотских командировок «за речку» позволили себе скромно упомянуть о своих поездках по горячим дорогам страны, которой, как тогда считалось, советские люди были серьезно интернационально должны. Вот, получается, и морякам в свое время пришлось стать воинами-интернационалистами, которых принято называть «афганцами». Так, кто же эти флотские люди?

Всего их было 108 человек – военнослужащих 5-й роты батальона сопровождения военных грузов Центрального флотского экипажа. В 1982 г. для них начались командировки в юго-восточном направлении. Были сформированы караулы, начальниками которых назначены сержанты Евгений Кренев, Сергей Рыбанов, Александр Чибанов, Юрий Бондаренко и Юрий Славин. Разумеется, выполнение задачи в целом контролировалось не младшими командирами. О степени ее серьезности говорит хотя бы то, что курировать организацию и исполнение был назначен представитель Главкомата ВМФ СССР контр-адмирал Михаил Деревлев.

Надо заметить, что сержанты и матросы флотского экипажа носят форму одежды ВМФ (морской пехоты), чем очень гордятся. А тут перед ними ставится секретная боевая задача, которую предписано выполнять в обмундировании, похожем на облачение военного строителя, где от всего флотского – только «фаза» на погонах. Было несколько обидно. Но приказ есть приказ, и парни, переодевшись из морского в сухопутное, отправлялись на выполнение боевой задачи по сопровождению и охране военных грузов. Охраняли эшелоны, реже – несколько вагонов, которые шли, как правило, до Ташкента.

Караул из восемнадцати человек сопровождал примерно 10 – 15 вагонов. Самый маленький караул состоял из четверых. С собой брали минимум вещей и провизии: по одеялу, положенному количеству сухого пайка, непременно – печку-буржуйку. На перегонах часовые находились, как принято у них говорить, «на ветру» – на открытых площадках вагонов. То есть, мягко говоря, не жарко в любое время года. При этом человек должен еще и, как предписано уставом, «нести службу бодро, ничем не отвлекаясь, не выпуская из рук оружия. »

Кстати, сопровождать большие партии оружия и боеприпасов было опасно всегда. И начало относительно мирных восьмидесятых годов не было исключением. Те, кто нес службу в составе железнодорожных (подвижных) караулов, не раз сталкивались с попытками преступных элементов подобраться к охраняемым вагонам. Такие попытки наблюдались на всей территории бывшего СССР. Пресекали их решительно, вплоть до применения оружия. На поражение.

Впрочем, по признанию участников тех событий, сопровождение грузов по железной дороге они расценивали как разминку. Самое трудное начиналось после того, как в Ташкенте ящики с пистолетами, автоматами, гранатометами, патронами, гранатами, снарядами и прочим серьезным грузом, требующим бдительной охраны, перегружались на автотранспорт.

Это были не простые грузовики. От обычных машин они отличались кардинально. Обычные автомобили, как правило, не начиняют взрывчаткой. Эти же минировали, и в случае возникновения опасности захвата груза их должны были уничтожить. А подобные случаи, к сожалению, возникали, и тогда машины с грузом оружия и боеприпасов подрывали те, кто их сопровождал.

Все без исключения дороги Афганистана были в то время опасными. Не зря сочинили солдатскую песню: «А шофер держит руль – гулко сердце стучит: впереди перевал, а на нем – басмачи. » Перевалом из песни, по мнению моряков-«афганцев», был Саланг. Его они считали самым сложным во всех отношениях отрезком пути. Именно там чаще всего случались нападения на автоколонны.

К сожалению, не все машины с охраняемым грузом дошли до пунктов назначения – непосредственно в расположение частей и соединений Ограниченного контингента советских войск в ДРА. Но ни разу перевозимые оружие и боеприпасы, за охрану и оборону которых отвечали военнослужащие 5-й роты батальона сопровождения военных грузов Центрального флотского экипажа ВМФ СССР, не достались мятежникам-моджахедам. Более десятка моряков-«афганцев» в тех «горячих» командировках получили ранения. Но погибших среди них не было. И это свидетельствует о высокой специальной выучке, профессионализме матросов, сержантов и офицеров.

С 1982 по 1985 г. они выполнили 341 боевую задачу по сопровождению военных грузов. Выезжали на срок от 12 до 45 суток. Весь личный состав, побывавший «за речкой», был награжден медалями «За отличие в воинской службе» I и II степеней. Особо отличившиеся получили боевые ордена и медали. Командир роты капитан Иван Морозов (ныне – генерал-лейтенант казачьих войск Московского казачества), неоднократно выезжавший со своими подчиненными в афганские командировки, стал тогда кавалером орденов Красной Звезды и «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» III степени. Орденоносцами стали и его заместители, ныне полковники Владимир Свирков, Виктор Шикерин и капитан 1 ранга Али Зарипов.

Эти офицеры, а также их боевые помощники – командиры взводов старший мичман Николай Мазирко, старший прапорщик Владимир Вареник, старшина роты старшина Виталий Садовый по-настоящему были образцами честного и компетентного выполнения воинского долга. Традиционно высок был в подразделении и авторитет сержантов. Показателен в данном плане пример начальника караула сержанта Евгения Кренева. Будучи раненным, он продолжал грамотно управлять действиями подчиненных в критической боевой обстановке и не допустил захвата охраняемого груза противником. За это младший командир был награжден почетной боевой медалью – «За отвагу».

. От взорванного русскими КамАЗа осталось мало чего ценного. Тем не менее, специально выделенная группа моджахедов тщательно обследовала окрестности горной дороги в поисках уцелевших остатков груза. В нескольких сотнях метров от сгоревшего автомобильного остова обнаружили какую-то «лохматую» дерюгу. Это было все, что осталось от солдатской шинели, выброшенной взрывом из пустой кабины. Афганцев заинтересовали чудом сохранившиеся черные погоны с желтой буквой «Ф». С этой находкой они и покинули место боестолкновения. А потом в наших разведывательных сводках прошла информация, из которой следовало, что противник предполагает наличие действующих против него (в частности – на транспортных коммуникациях) специальных подразделений неустановленной принадлежности. Говорят, пакистанские и американские специалисты так и не разгадали в то время тайну необычной шинели.

Морская пехота СССР

Военное командование молодой Советской Республики высоко оценивало отличные морально-боевые качества военных моряков. В январе 1918 г. в директиве Народного комиссариата по военным делам указывалось: “Необходимо в каждый формируемый эшелон добровольцев (состав 1000 человек) в целях спайки их нарядить по взводу товарищей моряков”. В годы гражданской войны на сухопутных фронтах сражалось около 75 тыс. моряков. Наиболее крупным сухопутным формированием военных моряков была созданная в 1920 году. в Мариуполе для обороны побережья Азовского моря и боевых действий в десантах 1-я морская экспедиционная дивизия, являвшаяся по существу дивизией морской пехоты. Она состояла из четырех полков по два батальона в каждом, кавалерийского полка, артиллерийской бригады, инженерного батальона и насчитывала около 5 тысяч человек. Создание первого советского поколения морской пехоты ВМФ началось в конце 1930-х годов, накануне второй мировой войны. В приказе командующего Краснознаменным Балтийским флотом от 17 июня 1939 года говорилось: «. В соответствии с указаниями Народного Комиссара ВМФ приступить к формированию по временным штатам мирного времени отдельной специальной! стрелковой бригады с дислокацией в Кронштадте…» 11 декабря 1939 года приказом Народного комиссара ВМФ предписывалось: «. Специальную стрелковую бригаду КБФ считать соединением береговой обороны с подчинением ее Военному совету КБФ». Это был первый шаг на пути к созданию морской пехоты как регулярных специальных войск в составе флота. Годом же создания Советской морской пехоты является 1940-й, когда приказом Народного комиссара ВМФ 25 апреля 1940 года предписывалось: «…К 15.05.1940 переформировать отдельную специальную стрелковую бригаду в 1-ю особую бригаду морской пехоты». К сожалению, в предвоенные годы опыт сухопутных морских отрядов не был в должной мере обобщен и использован. К началу Великой Отечественной войны в составе ВМФ СССР была всего одна бригада морской пехоты, а потребность в ней возникла буквально с первых часов и дней войны. Наверстывать упущенное пришлось в тяжелейших условиях начального периода войны.

О действиях морской пехоты во время Великой Отечетсвенной Войны можено причитать в соответсвующей статье.

Наименование
Дислокация и состав

55 дмп

ТОФ. Снеговая (на восточной окраине г. Владивосток).

Состав: 85, 106 и 165 пмп, 26 тп, 84 ап, 417 зрп и др.

61 опмп

СОФ. г. Печенга (Мурманская обл.)

336 гв. опмп

БФ. пос. Мечниково (р-н г. Балтийск, Калининградская обл.)

810 опмп

ЧФ. пос. Казачье (р-н Севастополя)

? обмпКФл. г. Астрахань.? омибСФ, г. Североморск127 омибБФ, г. Приморск (Калинградская обл.)160 омибЧФ, г. Севастополь? омибТОФ
Читайте также:  Служба в спецназе по призыву, как туда попасть призывнику

Наша морская пехота внесла свой вклад и в обеспечение независимости Египта, хотя об этом мало кто уже помнит. А ведь в Порт-Саиде батальон морской пехоты на протяжении нескольких дней утром занимал позиции во втором эшелоне обороны египетской армии, прикрывая ее тыл, а к вечеру возвращался обратно на корабли. Однако в боевых действиях нашим морпехам участвовать не пришлось. Как вспоминал бывший начальник береговых войск ВМФ генерал-лейтенант Павел Шилов, «с появлением первых советских десантных кораблей у Порт-Саида израильтяне перестали предпринимать какие-либо активные действия в ближайшей приграничной зоне, хотя до этого город и позиции арабских войск вокруг него неоднократно подвергались налетам вражеской авиации и артобстрелам».

Фактически с 1967 года боевая служба для советской морской пехоты в Мировом океане стала регулярной. Подразделения МП ВМФ несли ее преимущественно на борту средних десантных кораблей проекта 771 – усиленный взвод морской пехоты с вооружением и боевой техникой, а также больших десантных кораблей проекта 775 – в составе усиленной роты морской пехоты (вместимость таких кораблей – до 12 единиц бронетехники), или проекта 1171 и 1174 – в составе усиленного батальона морской пехоты (вместимость кораблей соответственно – до 40 и до 80 единиц различной бронетехники, в том числе основных боевых танков). Порою такие боевые службы длились по полгода и более, а в марте 1979 года, например, 1-й батальон морской пехоты 61-го полка морской пехоты Краснознаменного Северного флота (командир десанта майор А. Носков) был направлен на боевую службу рекордной длительности – 11 месяцев. Что превосходит большинство автономных плаваний атомных подводных лодок.

Принципиально новый этап в истории советской морской пехоты наступил в ноябре 1979 года, когда на основании директивы Главного штаба ВМФ № 730/1/00741 от 3 сентября 1979 отдельные полки были переформированы в отдельные бригады.

В 1982 году на Тихоокеанском флоте было проведено учение «Луч», в рамках которого в условиях, максимально приближенных к боевым, с кораблей на укрепленное противником побережье проводилась высадка крупного морского десанта. Уникальность учения заключалась в том, что происходило оно в ночных условиях без использования любых осветительных приборов. Управление осуществлялось только с помощью инфракрасной аппаратуры. И это более тридцати лет назад!

По воспоминаниям контр-адмирала Кирилла Тулина, проходившего в те годы службу в дивизии морских десантных сил КТОФ, посадка десанта на корабли происходила также ночью. Корабли шли на посадку с выключенными огнями, используя только ИК-оборудование. Экипажам использовать средства связи категорически запрещалось, так же как и совершавшим марш. Командиры могли использовать лишь защищенные огни.

Силы высадки и приданные корабли огневой поддержки насчитывали более полусотни единиц различных классов и типов (проектов). Они были разбиты на два десантных отряда и отряд обеспечения. Переход к месту высадки в бухте Владимирская Уссурийского залива был совершен за трое суток. В назначенное время, ночью отряды подошли к месту высадки. Из всех огней – только висящие в воздухе «светящиеся» авиабомбы, с помощью которых приданные самолеты морской авиации подсвечивали «обрабатываемые» цели. Не успела осесть земля от разрывов последних бомб, как вперед выдвинулись корабли огневой поддержки. И земля вновь встала на дыбы. Затем десантные корабли быстро прошли сквозь строй кораблей поддержки, и началась собственно высадка десанта.

На плацдарм пошли десантно-штурмовые подразделения морпехов на десантных катерах на воздушной подушке проекта 1206 (типа «Кальмар»), которые были выпущены с крупнотоннажных БДК «Иван Рогов» и «Александр Николаев». Причем для лучшей ориентации десантникам были приданы торпедные катера на подводных крыльях. Сотни бойцов стремительно покидали десантные катера и корабли, по очереди захватывая линии обороны условного противника. И все это в полной темноте! Насколько известно автору, подобного мероприятия не проводилось ни в одной стране мира. Даже в Соединенных Штатах, у которых численность корпуса морской пехоты в десятки раз превышает российскую.

Но через год, в июне 1983 года, уже на Черном море было проведено еще более масштабное учение. Впервые бригада морской пехоты в полном составе высадилась ночью на плав с одновременной выброской парашютного десанта. По воспоминаниям участников того учения, с моря и с небес на плацдарм пошли около двух тысяч морских пехотинцев (в том числе и призванные из запаса резервисты), имевших в своем распоряжении до четырехсот единиц различной техники.

В 1985 году батальон морской пехоты из состава Балтийского флота был посажен на десантные корабли, которые совершили переход из Балтийска к полуострову Рыбачий на Севере. Там они с ходу высадились на плав на незнакомый полигон, выполнили поставленную задачу, а затем совершили обратную посадку на находившиеся в удалении от берега десантные корабли и морем вернулись к месту постоянной дислокации.

В 1989 г., в период подготовки к договору об ограничении вооружённых сил в Европе (далее – ДОВСЕ), в Береговые войска передаются четыре мотострелковых дивизии.

Кроме ДБО, МП и прочего в состав береговых и сухопутных войск ВМФ входили: 1-й батальон охраны Главного штаба ВМФ (Москва), N-й батальон охраны и сопровождения грузов ВМФ (Москва), четыре отдельных батальона охраны штабов флотов (например 300-й – на ЧФ) и на каждом флоту – по отдельной роте охраны и сопровождения грузов.

В боевых действиях в Афганистане 1979-1989 годов морская пехота как отдельное боевое подразделение не участвовало, хотя среди морпехов проводился добровольный набор для формирования пехотных частей. Так, например, в ноябре 1984 г. в Калининграде был сформирован 12 Мотострелковый полк, куда попало очень много морпехов из Балтийска и учебок Прибалтийского ВО, т.к. они подходили по всем показателям. Всех естественно переодели в пехотную форму, тельники отобрали, оставив короткие сапоги, т.к. прошло время выдачи обмундирования. По окончанию войны этот полк был расформирован.

Общая численность советской МП на 1990 г., по штатам мирного времени, составляла: в европейской части – 7,6 тыс. ч., а с 5-тысячной дивизией ТОФа – ок. 12,6 тыс.ч. (по другим данным, общая численность советской морской пехоты в мирное время составляла ок. 15 000 чел.) В военное же время численность формирований МП существенно увеличивалась – примерно в три раза минимум и, кроме того, формировались дополнительные части (например, 8-й резервный полк морской пехоты на СФ).

Общие сведения по составу и дислокации соединений и частей советской морской пехоты и береговой обороны на начало 1991 г. представлены в следующей таблице:

Наименование
Дислокация
Примечания. Дополнения. Основное вооружение

Морская пехота

55 дмп

ТОФ. р-н г. Владивосток.

Т-55А, БТР-60ПБ и БТР-80, 2С1 “Гвоздика”, 2С3 “Акация”, 2С9 “Нона-С”, 2С23 “Нона-СВК”, БМ-21 “Град”, ЗРК “Оса-АКМ” и др.

61 обрмп

СФ. переведена в п. Спутник (сев. Мурманска)

40 Т-55А, 26 ПТ-76, 132 БТР-80, 5 БТР-60ПБ, 113 МТ-ЛБВ и МТ-ЛБ, 18 2С1 “Гвоздика”, 24 2С9 “Нона-С”, 18 9П138 “Град-1”, ЗСУ-23-4 “Шилка”, “Стрела-10” и др.

175 обрмп

СФ. п. Серебрянское или Туманный (р-н Мурманска)

40 Т-55А, 26 ПТ-76, 73 БТР-80, 40 БТР-60ПБ, 91 МТ-ЛБВ и МТ-ЛБ, 18 2С1 “Гвоздика”, 18 2С9 “Нона-С”, 18 9П138 “Град-1”, ЗСУ-23-4 “Шилка”, “Стрела-10” и др.

336 гв. обрмп

Белостокская орд. Суворова и Александра Невского

БФ. г. Балтийск (Калининградская обл.)

40 Т-55А, 26 ПТ-76, 96 БТР-80, 64 БТР-60ПБ, 91 МТ-ЛБВ и МТ-ЛБ, 18 2С1 “Гвоздика”, 24 2С9 “Нона-С”, 18 9П138 “Град-1”, ЗСУ-23-4 “Шилка”, “Стрела-10” и др.

810 обрмп

ЧФ. п. Казачье (р-н Севастополя)

169 БТР-80, 96 БТР-60ПБ, 15 МТ-ЛБ, 18 2С1 “Гвоздика”, 24 2С9 “Нона-С”, 18 9П138 “Град-1” и др.

? обмп

КФл, г. Астрахань

Береговая оборона

77 гв. дбо

Краснознамённая Московско-Черниговская орд. Ленина и Суворова

СФ, р-н г. Архангельск и Кемь

271 Т-80Б, 787 МТ-ЛБ и МТ-ЛБВ, 62 2А65 “Мста-Б”, 72 Д-30, 18 БМ-21, ЗСУ-23-4 “Шилка”, “Стрела-10” и др.

3 гв. дбо

Волновахская Краснознамённая орд. Суворова

БФ, р-н г. Клайпеда и Тельшай

271 Т-72А, 320 БМП-1/-2 и БРМ-1К, 153 БТР-70/-60ПБ, 66 2А65 “Мста-Б”, 72 Д-30, 18 БМ-21, ЗСУ-23-4 “Шилка”, “Стрела-10” и др.

40 дбо

ТОФ, пос. Шкотово (р-н сев.-зап. Владивостока)

126 дбо

Горловская Краснознамённая орд. Суворова

ЧФ, р-н Симферополя и Евпатории.

271 Т-64А/Б, 321 БМП-1/-2 и БРМ-1К, 163 БТР-70/-60ПБ, 70 2А65 “Мста-Б”, 72 Д-30, 18 БМ-21, ЗСУ-23-4 “Шилка”, “Стрела-10” и др.

301 оабр

ЧФ, г. Симферополь

48 2А36 “Гиацинт-Б”, 72 Д-30

8 гв. оап

48 2А65 “Мста-Б”, 48 2А36 “Гиацинт-Б”, 24 Д-20

710 оап

БФ, г. Калиниград

48 2С5 “Гиацинт-С”, 24 2А65 “Мста-Б”, 48 Д-20

181 опулаб

БФ, форт “Красная Горка”

205 ооб ПДСС

? ооб ПДСС

102 ооб ПДСС

313 ооб ПДСС

В отличии от всех других видов и родов войск раздел военного наследства Советского Союза между новообразованными гособразованиями морскую пехоту почти не затронул. Единственно, кто мог бы претендовать на формирования МП на своей территории была Украина. Но, как ни странно, весьма трепетно относящаяся ко всему что оставалось от ВС СССР, она не стала проявлять эти чувства к 810-й черноморской бригаде (получила только полагающиеся по Договору о разделе ЧФ 50% доли от состава её вооружения и техники). В Киеве почему-то решили сформировать собственную морскую пехоту с “чистого листа”. Первый батальон появился в нач. 1993, а к концу 1994 года была развёрнута вся бригада (см. таблицу в статье о морской пехоте РФ).

Наши морпехи в Чечне

Продолжаем публикацию материалов о наших земляках-участниках первой чеченской кампании. Сегодня наш рассказ о морском пехотинце, которому посчастливилось вернуться домой живым и невредимым. За чеченскую войну он получил солдатскую медаль «За отвагу». И все. Остались лишь воспоминания, которых хватит на целую книгу. Только писать ее у нашего земляка Сергея Овечкина нет ни сил, ни особого желания…

Когда Серега попал служить в 55-ю дивизию морской пехоты Тихоокеанского флота, то очень обрадовался. Он, как и большинство сверстников, считал: быть морским пехотинцем – престижно. Получил боевую специальность – механик-водитель танка…

Но неожиданно пришло известие о направлении в Чечню. Прямо на полигоне об этом сообщил ротный. Сначала наш земляк очень удивился: морская пехота не предназначена для сухопутной войны! Затем представил возможные последствия военной командировки, и ему стало не по себе. В части была суматоха, близкая к панике. Со всего Тихоокеанского флота туда сгоняли личный состав.

В несколько часов морпехами стали молодые ребята, до этого служившие на боевых кораблях и подводных лодках, в частях морской авиации. Многие из них держали в руках автомат лишь во время принятия присяги… Острый недокомплект личного состава привел к тому, что после формирования 165-го «чеченского» полка другие части флота практически потеряли боеспособность.

Новый, 1995-й, год встретили без особой радости. Пили сок, ели апельсины, вспоминали дом и близких. Ребята понимали, что для некоторых эта встреча Нового года станет последней. Проходили комиссию – медики придирчиво осматривали кандидатов на войну.

Некоторые пытались закосить, но таких было меньшинство. «Надо сказать, что в Чечню никого насильно у нас не гнали. Во время специального собеседования любой мог отказаться. Таких было процентов пять. В числе отказников была большая группа офицеров».

Сергея перевели в другую роту, назначили помощником гранатометчика. Теперь он был обязан носить сумку с тремя выстрелами к РПГ-7. Его коллега тоже почти не имел представления о вверенном ему оружии. В начале января, когда в Грозном шли ожесточенные уличные бои, морские пехотинцы выехали на полигон. За 10 дней пребывания там им предстояло ликвидировать все пробелы в подготовке. Из автоматов и пулеметов можно было стрелять сколько захочешь – патронов не жалели. Кроме автоматического оружия Серега поупражнялся в стрельбе из РПГ. Гранатомет ему понравился. Так постепенно бывшие моряки приобретали необходимые навыки, однако до настоящего профессионализма им было еще далеко.

Первые боевые столкновения в Чечне запомнились Сергею тем, что перестрелки происходили на расстояниях не менее 400 метров. То есть ни они, ни чеченцы не могли толком разглядеть друг друга. При этом велась сумасшедшая стрельба. Очень выручали танки. К их роте прикрепили Т-80 из Кантемировской дивизии. Ребята-танкисты свое дело знали хорошо. Однажды по дому, где разместились моряки, чеченцы открыли огонь из стоявшего напротив двухэтажного строения. Попробовали накрыть боевиков из гранатомета, но гранаты рикошетили и уходили в сторону. Точку в этой перестрелке поставил танк, укрытый экипажем в гараже дома. Один выстрел – и двухэтажка превратилась в руины. Разлетевшиеся от взрыва кирпичи раскалились докрасна.

Серега не считает ввод танков в Грозный ошибкой. Если бы не Т-72 и Т-80, федералам пришлось бы туго. Танки прикрывали пехоту своей броней, поддерживали ее огнем. Было много случаев, когда лишь благодаря поддержке танкистов исход боя решался в пользу российских войск.

Пришлось Сергею быть и в составе штурмовых групп. Дело это очень опасное. Во время взятия одной пятиэтажки они натолкнулись на группу чеченцев. Столкновение было внезапным как для наших, так и для боевиков. Бой продолжался считанные минуты, практически невозможно восстановить его хронологию – но наши потеряли троих солдат. Гранатометчики их подразделения били не только по снайперам, пулеметным точкам – им приходилось открывать огонь по бронетехнике дудаевцев. Они подбили танк и два БТРа.

Как признается Сергей, на войне теряешь ощущение времени. Порой кажется, что ты здесь уже целую вечность. И постепенно привыкаешь к мысли, что тебя могут убить. К этому приходишь не сразу – где-то через месяц. И когда над позициями не слышны звуки артиллерийской подготовки, то на душе становится тревожно.

Да и вообще, война имеет мало общего с кинобоевиками, с киношной романтикой. На самом деле – это тяжелое и рутинное занятие, лишенное всякого смысла. Потому что все было куплено и предопределено какими-то жадными чиновниками, сидящими в московских кабинетах и зарабатывающими деньги на крови российских солдат.

Заметили ош Ы бку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Ссылка на основную публикацию